Дмитрий Бебенин
Перкуссионист, вокалист, переводчик песен, писатель-фантаст, пропагандист стилистики глэм-рок. Музыкальный журналист, в течение десятка лет писавший тексты для Звуки.Ру и Контрабанды. По образованию библиограф. С 2013 года работает в музее «Бородинская панорама».
В 90-х годах был участником группы «Лесные клаподастеры» (если быть точным, с 1993 по 2006 г.); также в 1996-2007 гг. был участником группы «Навь». В 1998 году собрал сольный проект «Камера обскура», где играет на гитаре и поёт. Сотрудничал с Происшествием в 2010-2011 и в 2012-2013 гг. Спел бэк-вокал в песне «Источник несчастий».
В конце сентября в Нижнем Новгороде и на озере Светлояр был проведён очередной, уже пятый фестиваль «Пересечение границ». Как обычно, я занимался отбором рукописей и организацией выезда московских участников. Илья Морозов в ночь перед фестивалем сообщил, что едет автостопом, но в результате не выехал вовсе. Никто не удивился.
Алексей ещё и книги продавал за прилавком. И песни пел!
Возможно, "Происшествие" - это единственная андеграундная группа, выпускающая свой собственный журнал. Это, конечно, даёт нам преимущества!
В начале 2010 года Алексею и Наталье удалось договориться о сотрудничестве с двумя музыкантами, и тут же начались происшествия.
Как-то весной, во время подготовки второго за 2010 год номера «Контрабанды», посвящённого Казани, журналист Илья Морозов, большой ценитель музыки шестидесятых годов, рассказал мне прелюбопытнейшую историю, касающуюся краха давно и накрепко забытой группы со странным названием «Jason Crest».
Первый постоянный состав возрождённого "Происшествия" был собран из случайных людей, ничем не похожих друг на друга. Разумеется, он очень быстро менялся, пока полностью не развалился спустя два года. Но это был очень важный период.
Итак, московские клубы девяностых-двухтысячных — в своём роде, исчезнувшая цивилизация. За написание этой главы особенно благодарю Дмитрия Бебенина.
Вскоре после сейшена в Кратово я вдруг очухался, почувствовав, наконец, насколько меня достали психологическая опустошённость и алкоголь. Первой моей реакцией была попытка полностью сменить круг общения. Сделать это оказалось нетрудно: как раз в те дни из-за угрозы вылета из МПГУ мне пришлось перевестись с исторического факультета на первый попавшийся — психологический.
Впрочем, тогда, в 1995-1996 гг, помимо Умки на слуху были и другие андеграундные музыканты. Их судьба иной раз складывалась довольно причудливо, но большинство не сумели до конца реализоваться: из информационного поля их вытеснили люди, чьим не последним достоинством было умение работать с аудиторией. Перечислю навскидку несколько групп, которые мне тогда нравились.
