Понимая, что в изрядно надоевшей писательской среде терять мне особенно нечего, я предложил провести ей встречу с редакцией журнала в такой форме, какой старый консервативный ЦДЛ точно никогда не знал. Кузовлева очень удивилась, но согласилась.
Начиналось всё чинно, но после того, как Татьяна нас представила публике, и я сказал несколько официальных слов о журнале, в зал торжественно вошли Роман Руднев и Маша Юдсон. Они несли знамя Анчурии — синее с красным диагональным крестом, поверх которого был изображён огромный белый двуглавый попугай (спустя три года меня поразило поразительное сходство этого флага со знаменем сепаратистов Донбасса). Я пригласил в президиум писателей — заранее подговорённых Диму Бебенина и Машу Полянскую, плюс ничего не подозревающих пожилого поэта Александра Денисова и молодого Родиона Мариничева. Всем присутствующим раздали специально отпечатанную по случаю газету «La frontera», полностью состоящую из отборного контрабандного гона — местами на грани фола. К примеру, был там такой материал:
14 МИЛЛИОНОВ АНЧУРИЙСКИХ РЕАЛОВ
14 млн анчурийских реалов — именно в такую сумму Анчурийская картинная галерея оценила работу художника Ильи Глазунова «Дмитрий Медведев вручает ценный подарок Владимиру Путину». По 12 млн были оценены другие работы из той же серии — «Александр Лукашенко вручает ценный подарок Владимиру Путину», «Ким Чен Ир вручает ценный подарок Владимиру Путину», «Уго Чавес вручает ценный подарок Владимиру Путину». Авторство картины «Юрий Гагарин вручает ценный подарок Владимиру Путину» поставлено экспертами под сомнение.
По официальному курсу 14 млн анчурийских реалов эквивалентны 10 тоннам бананов или 2 000 литрам водки.
После этого началась такая дикая импровизация, каких мы никогда не устраивали — из зала что-то спрашивали подсаженные нами люди, мы им отвечали, и ощущение шизы было безмерным. Ладно, Бебенин рассказывал о железных дорогах Анчурии, по которым ездят старые военные грузовики со снятыми шинами, но Маша Полянская вдруг выдала экспромт такой силы, что мы и сами просто выпали в осадок, не зная, что сказать.
— А ещё в Анчурии, — с милой улыбкой сказала она, — мёртвые не только имеют право голоса, как в России, но и имеют право быть избранными. Поэтому в Анчурии самая консервативная, самая стабильная политическая система.
— Причём мёртвых в Анчурию поставляют наши партнёры — самые кровавые деспотические режимы, — нашёлся с продолжением темы Алхутов.
В общем, примерно за час-полтора мы запутали всех присутствовавших окончательно. Кто-то, как Александр Денисов, восприняли розыгрыш с энтузиазмом. Другие люди, мечтавшие о внедрении доброго, разумного и вечного менее радикальными способами, высказали нам своё неодобрение.
Ещё в те дни стало ясно, что бурная деятельность и радужные обещания Филипенкова деморализовали коллектив окончательно. Единственное, что позволило бы нам дальше существовать — это снова объявить себя принципиально волонтёрским изданием, не подразумевающим никакой материальной выгоды для участников. Поступив, подобно Фернандо Кортесу, прочертившему шпагой линию на песке, я заявил, что не имею права никого держать в «Контрабанде» насильно, и что это будет тяжёлая война за существование, но буду рад тем, кто встанет на одну сторону со мной. Разумеется, пара людей после этого отсеялась (кое-кто — с жестокой обидой), но всё же состав редакции стал на долгое время довольно стабильным.
Из коллективного творчества того времени запомнился, к примеру, отличный текст «Как познакомиться с девушкой: советы профессионалов», вошедший то ли во вторую, то ли в третью газету «La frontera»:
Заведите себе будильник, чтобы встать пораньше. Помните: сегодня вы будете знакомиться с девушкой. Обязательно вымойтесь, почистите зубы, наденьте чистую одежду. Если нет шампуня, мыла и зубной пасты — купите их заранее. Если нет чистой одежды — постирайте её накануне. Если нет одежды вообще, накопите денег, купите одежду и начните всё сначала.
Итак, сегодня вы знакомитесь с девушкой. Не забудьте об этом, когда будете завтракать: чтение электронной почты с утра сведёт процент вашего успеха к нулю. Самым сложным будет не включить компьютер сразу после еды, перед выходом из дома. Не забывайте о главном: сегодня вы знакомитесь с девушкой.
Собираясь выходить из квартиры, не реагируйте на телефонные звонки, забудьте о скайпе и чате, а особенно — об эм-агенте. И упаси вас Боже зайти по дороге в Интернет-кафе или посмотреть почту с мобильного телефона. Если вы не выбросите из головы всякий спам, то не добьётесь успеха.
Будьте готовыми к тому, что ваши комплексы, привычки и зависимости будут сбивать вас с толка и нашёптывать, что один раз — можно, или что завтра будет более спокойный и свободный день, и вашу миссию можно отложить. Не поддавайтесь на провокации вашего болезненного эго. Если вы забудете хотя бы на минуту то, что станет вашим смыслом жизни до конца этого дня, мир никогда больше не оставит вам шанса.
И если сумеете провести без Интернета хотя бы один день, то, конечно, сумеете познакомиться с девушкой. Ну а где и как — какая, в сущности, разница?
29 декабря мы впервые провели своё выступление без Филипенковой на предновогоднем фестивале «Дивный сад» — странного мероприятия, похожего по концепции на «Бу!фест», но, несмотря на все старания организаторов, практически безлюдного. «Происшествие» в составе меня, Наташи и поэта Сержа Труманяна выступало сразу после Екатерины Гопенко из группы «Немного нервно». Играли мы для трёх человек, сидящих в разных углах огромного зала. К концу нашего выступления из-за угла вдруг вышел гитарист «Оптимального варианта» Сергей Андрейцев и, показав «козу», исчез. Естественно, наш анчурийский креатив вроде бананов с предсказаниями оказался совершенно невостребованным. Мы отметили праздник небольшой компанией контрабандистов в клубе «Шоколадная фабрика», после чего бросили все силы на организацию первого фестиваля журнала «Контрабанда».
Эта «контрабандная вечеринка», как выразилась Рада Анчевская, оказалась представительной по составу участников. На одной афише мы сумели собрать, помимо самой Рады и, разумеется, «Происшествия», Юлию Теуникову (она выступала в компании с Семёном Ильягуевым и Сергеем Краснопольским), Игоря Белого, Митрофана Насосова (под этим псевдонимом выступал Дима Кошелев из музыкального магазина «Дом культуры»), группу «Адриан и Александр» и др. Сергей Гурьев пришёл в качестве зрителя. В отличие от «Дивного сада» нам удалось собрать человек 40-50, что было несколько ниже ожиданий, но зато мы сумели собрать денег на возобновление прерванного при Филипенкове выпуска бумажной версии «Контрабанды» и даже немного увеличили её тираж.
В мае в кафе «Ультра» мы провели Второй фестиваль журнала «Контрабанда». Собралось на нём примерно 30 человек, и это было удачным результатом, учитывая, что именно в тот день произошли печальные события на Болотной площади. В музыкальной программе фестиваля приняли участие нижегородцы «The Vier» или, проще говоря, «Зефир» (так называлась в то время группа гармошечника Андрея Кузечкина), а также группа «Человек и птица», с лидером которой, Васей Алексеевым, я впервые выступал на квартирниках ещё в середине девяностых годов. Васина команда приехала без басиста, который решил покинуть состав накануне выступления. Я почему-то ощутил внутреннюю готовность к подвигам и, взяв бас-гитару, сыграл вместе с ними всю концертную программу, пытаясь компенсировать незнание партий беглостью пальцев. Люди, не знавшие, что я играю с этой группой впервые, были уверены, что именно так всё и задумывалось. После этого случая я продолжал играть с группой. Мы репетировали в сельском доме культуры километрах в тридцати от Москвы и дали пару совместных концертов. Васина музыка мне нравилась, но в начале осени беглый басист решил вернуться обратно, и моя миссия в «Человеке и птице» была завершена.
После Второго фестиваля наша Анчурия, прекрасная и романтическая контрабандистская страна, ушла на второй план: её вытеснили политические события в России. Одновременно приказали долго жить мои литературные амбиции, и теперь я занимался почти исключительно музыкой.
