Алексей Караковский:
Ещё я в то время принял участие в нескольких ток-шоу на телеканале «Культура» и на телевидении Современного гуманитарного университета. В общем-то, по-настоящему интересно там казалось только в первый раз, когда в октябре 2006 года (сама передача вышла в апреле 2007 года) я побывал на записи программы «Апокриф» в так называемом экспертном совете, среди таких писателей как Герман Саддулаев, Сергей Минаев и Захар Прилепин. Главный редактор «Литературной газеты» Юрий Поляков, приглашённый в качестве «свадебного генерала», сначала довольно интересно говорил о прозе, а потом стал вдруг очень занудно рассказывать о себе. Название его книги «Сто дней до приказа» было названо столько раз, что его запомнили даже глухие. Главный герой передачи, военный писатель Денис Гуцко с трудом связывал слова в осмысленные предложения, а потом вдруг горделиво пробормотал, что видит себя фигурой масштаба Гоголя. Саддулаев — тот прямо заявил, что пишет для того, чтобы его читали и через триста лет.
Мне, в общем, почти ничего сказать так и не дали — не считая пары едких шуточек в адрес собравшихся. Саддулаеву я предложил проконтролировать поведение своих читателей через триста лет, на что он высокомерно ответил, что вернётся в этот мир в другом теле. Пришлось в ответ посоветовать действительно возвращаться в чужое тело — вряд ли своё к тому времени хорошо сохранится. Ведущему передачи Виктору Ерофееву в ответ на его фразу о чувствительности литератора к СМИ я заявил, что не смотрю телеканал «Культура». Из всех собравшихся я единственный толком не зарабатывал на литературе денег и потому ничем не рисковал. Большую часть моих реплик, конечно, вырезали.
О молодой прозе, которая была темой передачи, внятно смог сказать только критик Сергей Чередниченко, да и то из зала и в последние секунды передачи — что это поколение 70-80-х, у которого есть в карьере только один путь — Форум в Липках, плюс Интернет (ну и, конечно, Литинститут, скажу я от себя). После его реплики я хотел, но не успел добавить, что это ещё и поколение, которое в принципе не считает возможным заработать на литературе, абсолютно не верит в существующие государственные институты — а значит, его нельзя ни купить, ни контролировать.
По дороге на «Апокриф» в переходе метро я случайно наткнулся на забытый кем-то Новый Завет в издании Gideons Bible, воспетом когда-то битлами в песне «Rocky Racoon». После окончания передачи ко мне подошла какая-то девушка и с серьёзным видом спросила, действительно ли я считаю, что человек должен писать с осознанием того, что он создаёт великое произведение. Я ответил: «Человек должен писать с осознанием того, что он создаёт просто-напросто художественное произведение. А не техническую документацию, например. Хотя последняя тоже может быть художественным произведением. И, кстати, есть одна замечательная техническая документация, которая со временем стала великолепным художественным произведением!». На этих словах я достал Новый Завет — с таким видом, будто без него не выхожу из дома. «Я перевёл Нагорную проповедь на язык программирования php 5.0. Жаль, у меня так мало читателей!». Бедная девушка, кажется, так и не поверила до конца, когда я сказал, что это у меня такой юмор…
Виктор Ерофеев вёл телепрограмму «Апокриф» на телеканале «Культура» с февраля 1998 по август 2011 года. Видимо, она для него много значила. Виктор Ерофеев о программе (Журнал «Огонёк» № 4, 23 января 2006):
Мы занимаемся душевной стоматологией: разбираем нашу душу и лечим дырки, если это возможно, а некоторые зубы вырываем. Боли мы никому не причиняем. Программа — довольно редкая для телевидения: она не конфликтная, не сталкивает мнения. Это платоновские беседы по поводу того, что мы в жизни собой представляем. Наша программа — литературная. Мы ищем ценности, опираясь на книги, на жизнь писателей. Как ни странно, несмотря на сложность и порой нескрываемую глупость этой передачи, у неё возникла большая аудитория. Нам удалось сделать главное — чтобы сложные темы доходили до самых неискушённых людей, но при этом оставались весьма искушёнными.
Впоследствии Виктор Ерофеев был очень жёсток, говоря о закрытии программы («Мир новостей», 30 октября 2017 года)
— Вы никогда не скрывали, что находитесь в оппозиции к любой власти. В советское время вас дважды исключали из Союза писателей. Нынешнюю власть тоже особо не жалуете?
— Ну да, писатель и вообще творческий человек, если он по-настоящему такой, должен быть в оппозиции к власти. Потому что при любой власти мы живем хуже, чем достойны жить.
— Не поэтому закрылась ваша телепрограмма «Апокриф» на канале «Культура»?
— Да нет, там другая история, но тоже не самая приятная… Кстати, с этого канала мне недавно позвонили, поздравили с юбилеем, хотели взять интервью. Я вначале думал послать их куда подальше, но потом решил, что для них это будет почетно, а не обидно. Вообще, если женщину, к примеру, посылают на детородный орган мужской, то это почетно для нее и должно ей льстить. А звонила с этого канала как раз женщина. Поэтому я просто отказался и все.