Двадцать два года назад мне было ровно двадцать два года,
Моя сообщница уверяла, что её имя секрет.
Она приезжала ко мне домой, проехав насквозь полгорода,
Но по новым данным разведки, города больше нет.

Всё, что мы делали с ней тогда, происходило в постели:
Ели, пили, но чаще, конечно, предпочитали секс,
Я иногда сомневаюсь, было ли это на самом деле —
Слишком многое изменилось за двадцать два года здесь.

Когда она, закрывая глаза, уходила в открытый космос,
Не потерять её там навсегда надо было ещё суметь,
Но вдруг однажды она призналась мне так ясно и просто:
«Знаешь, любимый, мне стало ясно, секс — это как бы смерть.

Снова и снова со мной повторяется странное это мгновение,
Словно я вдруг исчезла, но в тот же миг рождена опять…»
Я смотрел в потолок, не зная, что делать с таким откровением,
А она убежала в душ, но вскоре вернулась в кровать.

Потом она уехала в Харьков, а я остался в России,
Через пару десятков лет в её город пришла война,
И только тогда впервые за все эти годы мы созвонились,
Назвав в разговоре друг другу настоящие имена.

Она сказала: «Знаешь, я думаю, это была подготовка,
Я просто любила тебя ласкать, не зная совсем ничего
О дрожи, когда над твоей головой начинается бомбардировка,
И молишься, чтобы как можно точнее сработала ПВО,

Уже полгода прошло, но привыкнуть к этому невозможно,
Смерть — это очень лично, она, как секс, не терпит чужих.
Пожалуйста, оставайся со мной на линии, мой хороший,
Когда потолок в моей квартире в последний раз задрожит».

С тех пор она звонит по ночам, я слушаю взрывы в трубку,
Не спрашивайте меня, что я испытываю в этот миг,
Будь проклят тот, кто живых людей превращает в холодные трупы,
Я верю, пока я слышу её, она остаётся в живых.

23 сентября 2022 года.