Новосибирск у меня во многом ассоциируется с Янкой Дягилевой — певицей, повлиявшей, в том числе, и на моё творчество. В 2020 году, в разгар ковидной паники, мы с Владиславой Рукавишниковой записали кавер на песню «По трамвайным рельсам», сделав её в несколько нетипичной манере, чтобы было интереснее.
Вообще я изначально был не против заглянуть на могилу Янки, если будет такая возможность, но, находясь в Барнауле, случайно узнал, что именно на мой последний день в Новосибирске приходится не просто день рождения Янки, а 55-летний юбилей. Так что планы на утро 4 сентября у меня были предопределены заранее.
Накануне я договорился с парнем из Академгородка по имени Арсений, что паломническую поездку на Заельцовское кладбище мы совершим с ним вместе. Встретиться договорились возле дома Янки на Ядринцевской улице — буквально в нескольких кварталах от центра города. Интересно, что в двух шагах от дома Янки находилось музыкальное училище. Солнце светило, из окна доносились узнаваемые звуки джазовых стандартов. Увы, Янкина избушка оказалась совершенно невидимой из-за забора — рядом с ней сейчас строится огромный многоквартирный дом. Записав короткий видеоролик для соцсетей, мы с Арсением отправились на Заельцовское кладбище.
Дороги к Янкиной могиле мы не знали, но схема, добытая в Интернете, существенно упростила жизнь. У главной аллеи нам попалась девушка с гитарой — разумеется, у нас не возникло ни малейших сомнений о цели её визита. «Ты туда или оттуда?», — спросил я. «Туда, друзей жду», — ответила она. Мы с Арсением решили попытать счастья самостоятельно и рванули вперёд. Лучше бы мы этого не делали — сразу же выяснилось, что на кладбище отсутствует какая-либо мобильная связь и, тем более, Интернет, так что мы потратили не меньше получаса, безрезультатно носясь по аллеям. Выручили двое парней, невозмутимо рывших могилу — без их помощи мы бы ничего не нашли.
Когда мы добрались до цели, меня встретил радостный женский вопль «Караковский!». Я был изумлён: кто же меня мог опознать здесь, в Новосибирске, где я толком никого не знаю? Оказалось, это была Леона, с которой я до этого лично пересекался всего один раз, но неоднократно общался по переписке по поводу всяких наших музыкантских дел. Я уже отчаянно опаздывал на свой концерт в Студии 312, поэтому наскоро сделал несколько кадров, дал небольшое интервью парню с видеокамерой, и мы с Арсением помчались на выход. Такси в сторону города ехало быстро, но я всё равно задержался на сорок минут.
Вбегая по лестнице в Научно-техническую библиотеку, я заметил курящую даму — обаятельную и ярко наряженную. Нам было по пути. Вбежав в помещение, я понял, что меня ждёт не менее тридцати человек, в том числе, немало знакомых по переписке — Андрей Ложкин , Любовь Сушкова, Иван Полторацкий, уже известный мне Иван Симонов и, конечно, руководитель Студии 312 Антон Метельков. Кроме них, в зале присутствовало какое-то количество завсегдатаев, в том числе четверо поэтов приблизительно 50-60 лет (Юлия Пивоварова, Тамара Андреенкова, Станислав Михайлов и Дмитрий Истомин), редактор журнала «Пантеон андеграунда» Наталья Астанина, художница Наталья Никольская, а также две девушки-педагога, только что приехавшие работать в Новосибирск по контракту из Санкт-Петербурга. По всей видимости, они оказались здесь случайно, и происходящее вызывало у них большой восторг. Времени на концерт было не очень много, и я практически без пауз сыграл примерно тот же набор песен, что и в Уздечке, добавив «Синего всадника» и «Зачем ты угнал дракона». Метельков успел настроить видеокамеру, так что, в итоге, это выступление оказалось единственным записанным мной в Сибири — полностью и качественно.
Смотреть видео: https://www.youtube.com/playlist?list=PLWT363eseDFrI7J_7A2ynJaHOSbJn3zUO
В полседьмого руководство библиотеки попросило всех покинуть помещение. Оканчивать день в столь «детское» время мне казалось абсолютно невозможным. «Я сегодня последний день в Новосибирске! Неужели никто не хочет выпить со мной пива?» — обратился я к общественности. «Пойдём, тут как раз рядом пивная!» — тут же откликнулись девушки-педагоги. «Можно, конечно, пива, но лучше водки!» — ответили пожилые поэты. Две Натальи, Астанина и Никольская, пить не хотели, но составили нам компанию просто так. Я купил три литра хорошего тёмного пива, девушки-педагоги бутылку водки для поэтов (впрочем, у них было и своё). Мы расположились на неброской скамеечке в сквере. Новосибирцы начали читать свои стихи — очень хорошие. Мне не хотелось отставать и я тоже прочёл «Подарок» — о женщине, родившей кита. Девушки-педагоги, пребывавшие в полном восторге, снимали на мобильники, по-моему, каждое слово. В конце концов, водка оказала поистине сногсшибательное воздействие — настолько, что Истомина с Андреенковой пришлось отдирать от газона. Вскоре всех уставших отправили по домам на такси, и я остался в сквере наедине с Юлией Пивоваровой — к слову сказать, это была как раз та самая харизматичная мадам, которую я повстречал при входе в библиотеку.
Мы отправились гулять по ночному Новосибирску от одной достопримечательности к другой. Юля без конца рассказывала какие-то истории о местных поэтах, наизусть читала свои и чужие стихи. В конечном счёте мы вышли к какому-то бару, с которым Юлю связывали дружеские отношения, но пить уже не хотелось. Юля предложила расчехлить гитару. На звук вышел хозяин заведения — то ли кавказец, то ли грек. Музыка ему понравилась, и он стал активно завлекать посетителей, чтобы они меня послушали — в итоге, у меня получилось полноценное внеплановое выступление человек для пятнадцати-двадцати. Энергии хватило минут на сорок. После этого я проводил Юлю домой и поехал к Саше. Завтра мне предстоял не самый простой участок пути, надо было хоть немного выспаться.
