Мы впервые проводили спектакль на сцене клуба Тон71 и, несмотря, на ряд технических сложностей, всё получилось прекрасно. Все участники театра сошлись на том, что это был лучший показ за всё время. После антракта Алексей Караковский, Ольга Терещенко и Алексей Патенков ещё и концертное отделение сыграли — частично на русском, частично на испанском языке. А ещё зрителям впервые была предложена авторская коллекция украшений по мотивам спектакля, сделанная Ксенией Головиной. И украшения эти пользовались большим успехом!
Алексея Караковского поразило общение со зрителями. По его словам, такого участия он не наблюдал никогда (а ещё хлопали почти после каждой песни!). Вскоре после спектакля Алексей написал специальный пост, важный с точки зрения философии нашего театрального проекта. Приведём его полностью:
«Общее дело» — так называлась русская эмигрантская газета в Париже. Её издатель, Владимир Бурцев, прожил долгую жизнь, пройдя путь от левого эсера до антифашиста. Именно он разоблачил агентов царской охранки Евно Азефа, Анну Серебрякову и др. Именно он расследовал похищение генералов Миллера и Кутепова. Именно он выступал на Бернском процессе о подложности «Протоколов сионских мудрецов». Короче, деятельность Бурцева была настолько яркой, что словосочетание «общее дело» у меня закрепилось в голове именно за русской эмиграцией. А ведь слово «литургия» переводится с греческого тоже «общее дело», я совсем об этом забыл (спасибо, Анечка Шмидт!).
Пару дней назад я подумал, что словосочетание «общее дело» на самом деле неплохо описывает некое явление, которое мы все часто наблюдаем в творческой среде. Представим себе некий проект, который делает либо один человек, а лучше команда. Очевидно для каждого участника это дело является сверхценным. Но в ситуации, когда творческое действие входит в резонанс с духовным голодом окружающих, эта сверхценность передаётся всем вокруг, как в цепной реакции — даже тем, кто в творческом процессе не задействован. К команде подходят люди, задают вопросы, предлагают помощь и идеи. Вот именно такое явление я и хочу называть «общим делом».
Мне очень радостно, что в «Происшествие-театре» сейчас именно так. Я думаю, мы будем использовать этот термин.
