Еще раз для начала: это не рецензия и даже, пожалуй, не отзыв, строго говоря, ибо я ни разу не критик и таковое создавать не умею. А просто мои мысли о и аллюзии на.
Про свои самые первые впечатления по горячим следам написала сразу наутро после спектакля, но там не было ничего, кроме эпитетов в превосходной степени сравнения. Сейчас же попробую поделиться размышлениями, а уж что получится — Бог весть.
Средневековая Франция или королевство Арканар, где к власти приходят коричневые? Мари, возлюбленная Рене, или Кира, возлюбленная дона Руматы? Рене или Румата? Надо сказать, что «братья Стругацкие» один из моих любимейших писателей (братья Стругацкие это один писатель, настаивал Борис Натанович после смерти своего брата). А «Трудно быть богом» одна из любимейших его повестей. Какая же она светлая, несмотря на весь мрак и ужас, в котором приходится находиться героям! (И это вовсе не та чернуха, которую мы видим в фильме Алексея Германа.) И Румата и Рене знают и понимают на порядок больше, чем любые среднестатистические тамошние и тогдашние жители. Откуда это у благородного дона, понятно: из полудня двадцать второго века Земли. Для него они впитаны с материнским молоком и являются неотъемлемой частью его самого. А Рене? Он как минимум грамотный, а по тем временам это большая редкость, он прекрасно знает Писания — тогда они были едва ли не единственным относительно доступным «допечатным» (да и печатным) текстом, не считая научных и околонаучных трудов. На латыни, кстати. Был ли он когда-то монахом или послушником и понахватался в монастыре? Студент-недоучка? Вагант? Но ума он, совершенно очевидно, недюжинного.
Румата как мог пытался объяснить Кире, кто он такой и откуда взялся, даже показывал на небе далекую звездочку, наше Солнце. Что при этом думала девушка? Ну ясно же — Бог, тем более, что сам показал, откуда (с неба) пришел. Что думала о Рене Мари? Да, наверное, примерно то же самое: слишком уж он не похож на всех тех, кого она знает и кто ее окружает.
У обеих героинь есть братья-активисты, во всю прыть помогающие власть предержащим. Идейные? Это вряд ли, а вот что с этого можно что-то поиметь — это да. Даже не столько гонорарий какой-то, хотя, безусловно, и это тоже, а — целость собственной шкуры, самая главная ценность в их жизни.
В Арканаре если ты грамотный, это уже подозрительно, а уж если думаешь больше чем два раза в сутки — то вааще. То же самое видит вокруг себя и Мари, и об этом же ей говорит ее брат Андре — слишком много, блин на хрен, думаешь, сеструха, не доведет это до добра, смотри у меня! Но Мари не может не думать, как ее брательник не может ДУМАТЬ, просто по определению.
И вот наша француженка встречается с Рене и начинает его понемногу узнавать. Да полно, человек ли он? Он же совсем не такой, как Андре и иже с ним! Или наоборот — они не люди? А если они таки люди, то он — Бог? Или уж как минимум — бог. Один из.
Первое, что создал Бог, это любовь. Если это так, что Себя он ею одарил по полной. Только, по-моему, Он ее не создавал, а ею и является.
В этой связи отступление. Не раз и не два в своей достаточно уже длинной жизни я слышала о том, как разные люди воспринимают Бога. Очень и очень многие видят его карающим и наказующим, этаким цербером, сорвавшимся с цепи и готового покусать каждого: «Шаг вправо, шаг влево — попытка к бегству, прыжок на месте — провокация, конвой стреляет без предупреждения!» Знакомо же, да?
Гольбах в свое время, века на два-три после Мари, писал: «Не бог создал человека по своему образу и подобию, а человек сотворил бога по своему образцу». Ну естественно, что в сосуде есть, то из него и выплескивается: если он с чистой водой, выплескивается вода, а если с дерьмом…
Вряд ли есть хоть один человек, кто не читал бы Чуковского. Нам читали его в детстве, когда мы сами еще не умели, а потом мы читали/рассказывали наизусть его детям, а потом и внукам. «Чудо-дерево» посвящено и написано для его любимой дочери Мурочки, мучительно и безвременно ушедшей из жизни в одиннадцатилетнем возрасте. Вот один из стишков оттуда:
Дали Мурочке тетрадь,
Стала Мура рисовать.
«Это — козочка рогатая.
Это — ёлочка мохнатая.
Это — дядя с бородой.
Это — дом с трубой».
«Ну, а это что такое,
Непонятное, чудное,
С десятью ногами,
С десятью рогами?»
«Это бяка-закаляка
Кусачая,
Я сама из головы ее выдумала».
«Что ж ты бросила тетрадь,
Перестала рисовать?»
«Я ее боюсь!»
Ладно, Мурочке простительно, ей три годика было. Но мы-то с вами?! Взрослые дяди и тети выдумали себе из головы Бога в виде служебной овчарки или волкодава («Происшествие», «Радио Арктика», «Собачья смерть»; «Ложные показания», «Без сотрудничества со следствием», «Фуга смерти» Целана), сами же перепугались до ус…ачки и с тем и живем, вольно ж нам!
Но, к счастью для нас, существует незамутненный первоисточник, доступный ВСЕМ ЖЕЛАЮЩИМ (ключевое слово тут, пожалуй, «желающие»), а именно Писания. В «Уленшпигеле» — помним, да? — что было самым тяжким грехом? Прелюбодеяние? Грабеж? Богохульство? Хрена! Чтение Библии на фламандском языке. Нормальненько так! Рене так или иначе доискался до этого источника и присосался к нему намертво, и я его понимаю: невозможно сделать только ОДИН глоток этой живительной влаги, хочется возвращаться к ней еще и еще, снова и снова, опять и опять и насыщаться словами Христа (с тем, чтобы они стали неотъемлемой частью меня самой — добавляю я в молитве). И он стал миссионером, просто не мог им не стать, я это знаю по себе: если я приняла Евангелие, мне хочется и другим дать возможность сделать то же самое.
Но это труд, огромный духовный труд 7/24, вверх по эскалатору, едущему вниз: даже чтобы остаться на месте, нужно довольно шустренько перебирать ножками, а хочешь вверх — флаг в руки, барабан на шею и вперед на мины, вывалив язык на плечо.
Руководителя нашей Церкви мы называем Пророком, Провидцем и Носителем откровений. Однажды было мероприятие для наших воцерковленных деток возрастом до двенадцати лет, в котором он принимал участие. Дети задавали вопросы, и одна из девах спросила: «А трудно быть пророком?» — «Конечно, трудно», — честно и откровенно ответил президент Нельсон. Трудно подыматься вверх по лестнице, ведущей вниз? Еще как! Стоит оно того? Да. Да! ДА!!! Потому что настанет день, когда за нами прилетит воздушный шар (или ангел? или жук золотокрылый? — «Происшествие», «Черные маки свободы», «Ящерица на татуировке») и унесет нас на небо — к Мари, к Рене, к Кире, к нашим близким, которые уже ушли туда и, самое главное, в присутствие Самого Бога.
