Для Varvara Dmitrieva жизнь между странами стала не временным этапом, а устойчивым состоянием существования. С подросткового возраста художница живёт между Италией и Великобританией, формируя свою практику из опыта постоянного перемещения.
Однако в работах Varvara Dmitrieva это состояние не воспринимается как потеря или кризис идентичности. Напротив, оно становится осознанной формой свободы и способом сопротивления системам, которые стремятся определять человека через территорию, гражданство или национальную принадлежность.
Современные государства во многом строятся на идее границ и единых национальных историй. Художественная практика Dmitrieva предлагает альтернативный взгляд. Отказываясь привязывать себя к одной стране или культурной категории, она создаёт пространство, где идентичность остаётся подвижной и открытой.
В центре её искусства находится вопрос: что остаётся от человека, если убрать государственные определения? Каким образом тело хранит память, когда сама история становится предметом споров? Какие формы принадлежности возникают тогда, когда привычные социальные конструкции перестают работать?
Работы художницы предлагают неожиданные ответы. Маска становится символической территорией. Фольклор превращается в механизм заботы и коллективной памяти. Вместо жёстких категорий появляются новые формы существования, основанные на устойчивости, эмпатии и способности сохранять связь с прошлым.
Для Dmitrieva отсутствие постоянной родины не означает пустоту. Напротив, это возможность освободить собственную идентичность от внешних определений. Когда привычные географические точки становятся нестабильными, тело и память начинают выполнять функцию дома.
Через процесс создания объектов, их ношение и взаимодействие с ними художница сохраняет личную историю и превращает её в универсальный художественный язык.
Её практика напоминает о том, что дом не обязательно связан с конкретной территорией. Он может существовать в памяти, в ритуале, в человеческих отношениях и в самом акте творчества.
В мире, который всё чаще разделяется границами и идеологическими конструкциями, искусство Dmitrieva предлагает более гибкую и гуманную модель принадлежности. Именно поэтому её работы находят отклик у зрителей далеко за пределами тех стран, в которых они были созданы.
