Одно из выступлений 2004 года запомнилось особо: это была встреча авторов «Точки зрения» в Петербурге. Мы играли на лавочках в Летнем саду — по совпадению, одновременно с Полом Маккартни, дававшим концерт на Дворцовой площади, на выступление которого мы не могли попасть из-за отсутствия денег. Помимо «Каникул» в Летнем саду спели барды Александр Рытов из Москвы и Андрей Широглазов из Череповца. Собрали мы человек двадцать, что вполне соответствовало обычному количеству слушателей на обычном клубном концерте того времени.

Как-то, роясь в архивах, я нашёл очаровательный текст, описывающий во всех подробностях обстоятельства, сопутствующие этой встрече. Автором, скорее всего, был я сам.

Часть первая, предшествующая по написанию второй
Проснувшись утром в состоянии печали, наступившей от суточного недобровольного прослушивания группы «Блестящие», главный редактор литературного сайта Lito.Ru, главарь всех точкозрян планеты Алексей Караковский, привычно оглянулся на настенный календарь и сразу почувствовал в нём что-то не то. «Через неделю день рождения нашего Lito.Ru! Какой ужас! Надо же ведь будет что-то такое организовать!» — подумал он, подавив изобилие неприличных фразеологизмов, наступившее вследствие то ли указанной необходимости, то ли упоминавшейся печали. «Надо испечь пирог и обо всём подумать», — решил главный редактор и направился на кухню, где уже пила чай Наталья Савич. «Я буду печь пирог», — мрачно сказал Алексей. «Не боишься?», — спросила Наташа. «Конечно, боюсь. Но выбора у меня нет!» — ответил Лёша и принялся искать нужные ингредиенты, заранее зная, чем всё это закончится.
Всё случилось так, как этого и ждали. Менее чем через час после начала усиленных приготовлений с улицы раздался грохот жёлтой подводной лодки, летящей по ясному люберецкому небу на штурм синего айсберга. Нисколько не удивившись (а точнее, давно предугадав такое развитие событий), главред открыл дверь квартиры.
На пороге стоял Артём Мочалов по имени ТоМ, унюхавший пирог ещё за квартал. «Сегодня с яблоками?» — деловито осведомился он, проходя на кухню и на ходу доставая из-за пояса армейский нож 45-го калибра. «С яблоками», — разочарованно выдохнули хозяева, знавшие, что факт приготовления пирога от технического редактора утаить не удастся даже в том случае, если он опять окажется в Минске, а поезда в Москву отменят на год вперёд до окончательного перехода на газовое топливо и двигатели внутреннего сгорания марки Lukashenko Super-Kolkhoz Limited.
Во мгновение ока поглотив пирог, ТоМ отставил пустую тарелку и выжидательно посмотрел на главреда. Алексей отвёл глаза, но ТоМ пересел на другой стул и снова посмотрел ему в глаза. Короче, так они переглядывались минут десять, пока им это не надоело, и пошли к компьютеру, в котором, как всегда в это время суток, трудился во благо сетевой литературы безлимитный быстровертящийся интернет.
«Ну что? Как день рождения сайта отмечать-то будем?» — вопросил ТоМ, показывая новые пошлые картинки от Udaff.Com слабо реагирующему на жизнь редактору. «Ну… давай морду набьём кому-нибудь», — неумно пошутил Алексей. «Без проблем», — не заметив попытки юмора, ответил ТоМ и предоставил на выбор десяток клонов. «Фууу, я же совсем не это имел в виду», — ответил Алексей Караковский и ушёл в самосозерцанье, надеясь как-нибудь так разглядеть в себе Кравчука, чтобы не вызвать новый поток слов на букву «п». «Не, Лёш, так дело не пойдёт! Надо отмечать, никуда не денешься. И хоть водку ты и не пьёшь (уже целых полтора года), придётся тебе назначить место и время встречи для жаждущих общения точкозрян», — заявил ТоМ.
Не прерывая самосозерцанье, Караковский вдруг начал было уже догадываться, что попал, но тут неожиданно рассмотрел созерцаемое и тогда окончательно понял, что — да, действительно, попал. ТоМ сидел рядом, делая вид, что он ничего не знает из того, что он знает. «Ну, ладно, когда встретиться — это мне ясно. А вот где?», — наконец, пробормотал главный редактор, вспоминая свои рок-н-ролльные перемещения по Москве и не видя в них ничего такого, что можно было бы предложить приличным людям (коими, в большинстве, являются точкозряне). «Можно Коломенское», — находчиво ответил ТоМ, — «Но только из тех, с кем я там бывал, никто больше со мной вторично в Коломенском не оказывался». «Это угроза?» — удивился главный редактор. «Нет, наблюдение», — ответил ТоМ. «Ну, тогда Коломенское», — ответил Караковский, думая, кого пригласить из тех, кого ему не хочется впоследствии повстречать ещё раз. Впрочем, таковых не нашлось, и Коломенское было избрано окончательно. Ну и, кроме того, конечно, решили устроить квартирник у Караковского.

Часть вторая, в целом, продолжающая первую
Надо сказать, что с организацией общественных мероприятий у Алексея никогда не было проблем. Однако, в этот раз все знакомые музыканты дали отбой в самый последний момент, и Алексею пришлось ехать в неведомое лишь в компании маломузыкального ТоМа и верной поющей Наташи.
Как-то не сложилась и встреча участников: на метро «Коломенская» находился лишь Заяц (Алексей Самойлов) и несколько так и не материализовавшихся теней, в парке же после долгого прозвона обнаружился Петров-старший (также Алексей) в тёмных очках и с присущей ему иронической улыбкой. Когда же у Москвы-реки были встречены Саша Амельченков с грузом пива и снеди (при том, что сам Саша не пьёт) и приехавшая из далёкого города Калининграда Аня Новомлинская, стало ясно, что на этом количество участников увеличиваться не будет.
«Начали», — подумал Караковский, и тут все действительно начали его просить, чтобы он сказал что-нибудь поздравительное. С трудом связав несколько хвалебных слов в адрес любимого сайта, Алексей расчехлил гитару с полным намерением что-либо спеть, но тут к празднующим подъехала конная милиция в составе грустного юноши и прекрасной девушки на белом коне.
«Что пьёте?» — поинтересовалась прекрасная девушка.
«Водку», — правдоподобно соврал Петров-старший.
«Документы», — попросила девушка, вслед за чем получила в руки паспорта наиболее вызывающих милицейское недоверие граждан — Амельченкова и Караковского.
«Пейте-пейте», — индифферентно разрешил грустный юноша, убедившись в отсутствии у точкозрян как водки, так и наркотиков, оружия и отравляющих веществ.
Концерт в исполнении Караковского и, изредка, Петрова продолжился, записываемый на цифровой диктофон Сашей Амельченковым. Однако через некоторое время по предложению Ани Новомлинской место дислокации было решено изменить и переместиться на скамеечки к пруду.
Концерт успешно продолжился с пивом и весельем — о чём ныне свидетельствуют фотографии ТоМа. Вечером, попрощавшись с торопящейся Новомлинской, точкозряне нестройной толпой повалили к станции метро, не переставая орать песни, где и встретили, в конце концов, ещё одного точкозрянина — Михаила Лукашевича и кучу народу с ним. Закончился день совместным исполнением известной песенки Марка Фрейдкина с актуальным названием «День Рождения».

Часть третья, мало что добавляющая ко второй
Следующим днём был назначен квартирный сейшн рок-группы «Московские Каникулы». По традиции, к назначенному в 14.00 началу из слушателей не явился никто, а из группы присутствовали только братья Караковские и Наталья Савич, немедля начавшие совместную репетицию, чтобы предстать во всём блеске своего всеоружия. Однако, закончить оттачивание мастерства всё-таки не удалось, ибо в 14.05 появился первый, доселе незнакомый слушатель по имени Юра. Дорогого гостя усадили на диван и вручили ему чаю.
Через некоторое время появились без десяти минут пунктуальные Глубина (известная также как Римма Малова) и Олег Фирсов. Чуть позже друг за другом в квартиру вошли Саша Амельченков и Артём Мочалов ТоМ, без которых подобные мероприятия никогда не обходились, ибо первый осуществлял аудиозапись и фотосъёмку, а второй — фотосъёмку и дальнейшее консолидирование результатов оной.
После появления изрядно опоздавших Алексея Петрова и Дмитрия Петрова (т.н. «Петрова-младшего», клавишника группы «Московские Каникулы»), мероприятие можно было считать открытым. Высказав несколько необходимых дежурных слов о поводе, собравшем всех присутствующих, Алексей Караковский гулко взял первый аккорд и открыл выступление своей группы хорошо известной поклонникам песней «Садовое кольцо».
Потом были и другие песни братьев Караковских — «Кофе с коньяком», «Водный Стадион», «Китайская аптека» и совсем новые «Молодой врач» и «Футбол», песни Алексея «Блюз моей сестры», «Ангелы хранят моего ребёнка», «В конце января» и др. Все эти песни были тепло встречены публикой (Юра даже достал маленькую флейточку и стал на ней подыгрывать музыкантам), в том числе пришедшими по ходу выступления бардом Владимиром Волковым и встреченной накануне девушкой Мариной.
К сожалению, выступление «Московских Каникул» было безвременно закончено потерей басиста Вовы Караковского, который был вынужден срочно уехать по каким-то там своим басистским делам, в честь чего был объявлен всеобщий перекур и продолжение чаепития. Тем не менее, «Каникулы» отыграли практически всю запланированную программу — за исключением буквально пары песен, исполненных позднее вдвоём Алексеем Караковским и Наташей Савич.
Второе отделение взял на себя Алексей Караковский и примкнувший к нему Владимир Волков, англоязычный дуэт с которым был, наконец, назван «Missing Messengers» (т.е. «Исчезнувшие Посланники» — иначе говоря, «ушли в магазин и не вернулись»). Особенно тепло был встречен давний хит дуэта — народная уголовная песня «Мурка» на английском языке в переводе Андрея Шкулёва (1974 год, исторический факультет Московского Государственного Педагогического Института имени Ленина).
После выступления «Missing Messengers» собравшиеся гости стали расходиться с целью посмотреть футбольный чемпионат Euro-2004, зато пришёл (с той же целью) старый друг Алексея, один из наиболее давних точкозрян Аркаша Кузнецов (Арик Смитти). Футбол и пиво стали достойным окончанием этого вечера.